Портал УВСР

Мой последний бой                      


Фронтовики, как правило, не любят рассказывать о войне. Причины ясны: очень уж тяжкое для народа было время, слишком много сил и крови отдано для Победы. Нелегко и непросто рассказывать об этом. Но благородная задача патриотического воспитания молодежи заставляет нас, ветеранов, которых, к сожалению, остается все меньше и меньше, поделиться пережитым в суровые военные годы.

Я хочу рассказать об одном дне на исходе войны, волей случая ставшим для меня последним боевым днем. Это было 1 марта 1945 г. Окруженный войсками 1-го Украинского фронта под командованием маршала Конева немецкий город Бреслау отчаянно сопротивлялся. Изнутри он напоминал слоеный пирог. Здания, занятые нашими войсками, чередовались с очагами сопротивления фашистов. Все это перемежалось с рядами полуразрушенных домов, а то и просто с грудами камня и щебенки.

Разведвзвод, которым я командовал, располагался в подвале каменного 5-этажного дома, сравнительно мало пострадавшего от обстрела. Мощные старинные своды надежно защищали бойцов от огня. В узкие амбразуры было удобно отстреливаться от непрекращающихся контратак фашистов. Рано утром поступил приказ из штаба дивизиона, и я, захватив с собой радистов Смирнова, Шелухина и разведчика Долецкого, где перебежками, а где и по-пластунски, направился по развалинам в чудом сохранившуюся водонапорную башню. Башня эта уже неоднократно служила нам отличным наблюдательным пунктом: как на ладони лежал перед нами разрушенный город. Я вглядывался через бинокль в остовы пылающих домов и передавал корректировку огня по рации. Огневые точки противника, затруднявшие продвижение вперед, были подавлены огнем 203-мм орудий нашего дивизиона. Корректировка прошла успешно, пора было возвращаться домой. Закопченные, в пыли и известке, мы пробирались в расположение взвода, торопясь смыть с себя грязь и перекусить. На душе было приятное ощущение выполненного боевого задания. Мы спешили, ничего не зная о том, что контратакой немцев взвод выбит из подвала и отошел в другое здание. Такого рода перемещения в условиях уличных боев неизбежны. Нас не успели предупредить по рации, и мы попали в ловушку.

В самом конце длиннейшего подвала, полузасыпанное битым кирпичом и потому незамеченное фашистами, находилось маленькое окно на улицу. Я протиснулся в него и направился к помещению, откуда два часа назад мы уходили на задание. Разведчик Долецкий следовал за мной. Радисты замешкались у лаза: мешали упаковки рации. Немцы, не подозревая о существовании «запасного выхода», выставили часовых в других местах. Я без помех дошел до места, распахнул дверь и увидел немцев. Они сидели за большим, грубо сколоченным столом (сделанным, кстати, нами) и ... обедали! Вражеские солдаты настолько были уверены в своей безопасности, что даже не сразу обратили на меня внимание. Раздумывать было некогда. Дав длинную очередь из автомата, я крикнул: «Немцы!» — и вместе с разведчиком бросился к спасительному окну. О схватке не могло быть и речи: фашистов — не менее взвода, а нас — всего двое. Опомнившись немцы выскочили из помещения и открыли стрельбу вслед. Старинный, со множеством поворотов и ниш подвал позволил нам, отстреливаясь, добраться до окна. Радистов нигде не было видно. Очевидно, они не смогли протащить в узкую щель рацию и пошли к другому входу. Судьба их, к сожалению, так и осталась неизвестной мне. Живы ли они?

Мы выскочили на улицу. Долецкий швырнул в подвал гранату и тут же упал, пораженный автоматной очередью. Немцы устроили настоящую охоту на советского офицера, по нелепой случайности попавшего в их расположение. И снова спас меня старинный дом. Массивные выступы между окнами, колонны, ниши — все эти архитектурные украшения дали мне отличное укрытие. Я стегал очередью по окнам и перебегал от выступа к выступу. Только бы добраться до угла дома. Там нет окон и можно нырнуть в развалины. Я оглянулся. Через улицу начинались сады. В этом немецком городе жители выращивали аккуратные садики, огороженные проволочными заборами. Война нещадно потрепала сады, но в них вполне можно было укрыться. Огонь усиливался. Немцы догадались, что я попытаюсь прорваться к углу дома, и отсекали мне путь. Выход один: надо перебежать на ту сторону улицы. Это риск. Я высунулся из-за выступа и дал длинную очередь по окнам. На мгновение выстрелы смолкли. В этот момент на всю жизнь запомнившимся рывком я бросился через дорогу. Секундной паузы хватило, чтобы упасть за разбитый грузовик и, обдирая в кровь колени и локти, ползти, ползти к спасательным зарослям! Сквозь дыру в проволочном ограждении я проник в сад и осмотрелся.

Позиция, занятая мной, была превосходна. Скрытый от немцев кустами, я мог контролировать дыру в ограждении. Сзади проходил проволочный забор, сквозь который также просматривались сады. Там окраина города, там наши. Группа фашистов попыталась проникнуть в сад, но, встретив очередь из автомата, залегла. Они ждали, когда у меня кончатся патроны.

Резкая боль в руке пронзительно отозвалась во всем теле. В пылу боя я не заметил ранения, теперь оно давало о себе знать. Я ощупал себя здоровой рукой. Галифе промокло от крови, значит, и ногу зацепило. Два немца сунулись в отверстие и упали, наткнувшись на меткую очередь. Я подполз к забору и стал дергать проволоку у самой земли. Проржавевшие ограждения поддались, и мне удалось выбраться наружу. В сад уже влезали фашисты. Я скатился в канаву, отполз в сторону и, понимая, что спасти меня теперь может только чудо, побежал в сторону наших. Я бежал, согнувшись, прижимая к боку раненую руку, хромая и скользя, бежал к своим, к жизни... Сзади трещали автоматы, немцы не хотели упускать добычу. Со стороны наших траншей раздался ответный огонь. Разгоралась перестрелка. Задетая нога подвернулась, я упал и потерял сознание.

Это был мой последний бой. Наши бойцы отогнали фашистов и вынесли меня из разгоревшегося боя. День Победы я встретил в госпитале в городе Житомире.

И.Г. Чарушников, инвалид Великой Отечественной войны, бывший командир взвода разведки, гвардии лейтенант, работал доцентом на кафедре «Конструкции и здания»

Дата/Время: 07 May 2010 / 03:05
Адрес страницы: http://uvsr.stu.ru/index.php?t=729